Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Связь времен

Время...время поджимает. Надо успеть оставить детям то немногое, но важное для меня и для них, что, быть может, помню уже я одна. Потому что, если не сделать это, с моим уходом насовсем умрут те, кто был до меня, и от кого я пошла.
Не хочу быть убийцей. Буду писать понемногу и добавлять по мере написания. Делаю это для себя и детей.

    С чего и с кого начать...
Под Москвой есть село Липитино, называвшееся в обиходе Липкино. Село было большим, имелась своя церковь, больница и кладбище. В больнице, по рассказам моей бабушки Наташи, еще до революции служил доктором младший брат В.И.Ленина Дмитрий Ильич. Помимо сего достопримечательного факта, село это не представляло бы для нас с вами никакого особого интереса, если бы в одном из домов, выходящим задами на речку Каширку, не проживала семья некоего Панкрата Егоровича Коклина. Был он младшим из трех братьев, коих мне известны лишь имена - Гордей, Афанасий и Панкрат ( Панкрат - по-гречески `всеправитель`). Семья П.Е. включала, разумеется, супругу Евдокию Васильевну и детей: - Прасковью 1877 , Андрея 1879, Екатерину 1882, Наталью 1887, Ольгу 1890 и Илью 1893.
   Бабушка Наташа, описывая П.Е., неизменно употребляла три эпитета - модник, озорник и насмешник, такая у него была репутация. Бòльшую часть времени он проводил в Москве, будучи специалистом сукновального производства. В те времена зажиточные семьи из Подмосковья отправляли сыновей в столицу `учиться ремеслу`. Овладев ремеслом и вставши на ноги, молодой человек (обычно около 30 лет) возвращался в родные места дабы основать семью. Впоследствии семья жила в деревне, а ее глава туда наведывался по выходным да по праздникам. Похоже, были у него определенные актерские данные, был он участником любительских спектаклей. О прабабушке Евдокии Васильевне никаких сведений не имею, но храню ее фотографию. Простое русское лицо. Фотографий прадеда нет.
    Следуя традиции, сыновья Андрей и Илья, каждый в свой черед, были отправлены в Москву на обучение. Оба пошли по стопам отца, но не во всем. Женились не на `своих` и остались в Москве.
   Четыре девицы-красавицы в девках не засиделись. Старшая Параша в 20 лет умерла в родах, подарив жизнь  единственной дочке. Говорили, была редкой красавицей.
 Вторая, красивая Катя, выдана за Сергея Петровича Баканова, уроженца соседнего села Софроново. Он жил в Москве, работал управляющим большой сети магазинов бумажных товаров - от лучшей писчей бумаги до упаковочного картона. Владелица, важная дама Каменская, проживая постоянно в Европе, полностью полагалась на него. Свою Катю любил без памяти.  Родились в браке у них один за одним два сынишки - Минюшка и Ванюшка. Первый умер  на 13м месяце жизни от скарлатины, рожденный следом Ванюшка - в 11 месяцев от сглаза. ''Сгорел'' за 3 дня.  Последовала внематочная беременность, операция и... невозможность более иметь детей; годы С.П. скрывал от нее этот диагноз.
Третья, Наталья, нравом пошла в отца, озорница и насмешница. Не так красива, как мила особой русской милотой, в 17 лет повстречала свою судьбу - Пармена Ивановича Агеева. Уроженец соседнего села Лаврентьево с 15 лет жил и обучался ремеслу в Москве. Ставши на ноги владельцем мастерской по ремонту и покраске экипажей (по-нынешнему гаражист), в 27 лет приехал в родные места чтоб обрести невесту. Обрел. Ношу его фамилию. Я любила слушать рассказы бабушки о прежней давней жизни. Еще той, настоящей жизни. Когда был мир, будущее, любовь, любовь, любовь, дети - Катя, Маня, Коля, Шура, надежды, из которых мало каким суждено было сбыться.
Бутафор!
Катафалк готовь!
Вдов в толпу!
Мало вдов еще в ней.      Вот и Наташа примкнула к толпе вдов. На одну стало больше.

Былое не вернуть

Люблю грибы собирать, хоть и сопровождается сбор нелюбимой мной чисткой, а черную липкость и траур из-под ногтей и вовсе трудно ликвидировать.Но момент встречи с хорошим грибом окупает эти неприятности. В моем детстве леса в южном направлении от Москвы (других-то я не знала) богаты были грибами. Каждый гриб имел свою излюбленную территорию в зависимости от преобладания определенных пород деревьев. Мы знали, куда, когда и за каким грибом идти.. Богатство стало иссякать с введением пятидневной рабочей недели и вошедшими в моду грибными десантами трудящихся.
50-70 километров от Москвы - не край света. Выломанный и затоптанный подрост, кострища под деревьями, битые бутылки, мусор и кучи вторичного продукта...но грибы упорно росли. Походы за ними стали менее рекреативными, но запасы на зиму осуществлялись. Позже значительно утратившие оригинальное население деревни стали заселяться новыми дачевладельцами, дороги до и между стали асфальтироваться, буколический пейзаж превратился в пригородный. Возможно, грибы еще растут в том, что остается от леса, но я давно уж там не бывала. В той сторонке, где я живу сейчас, леса - не леса, а национальные или провинциальные парки, где ходить можно лишь по проложенным аллеям и тропам. Вне троп лес должен оставаться экологическим, т.е. не подвергаться никакому вмешательству человека. Видишь гриб у дороги - берешь, а глубже - ни-ни. Правда, если поехать на Север, километров на 300-400, попадешь в первозданные леса с медведями, волками, лосями и грибами, к речкам и озерцам с изобилием рыбы...Далековато, правда...Так что бОльшая часть собранных мною грибов собрана на моем участке и участках 2-3 моих соседей. Грибы - те же, удовольствие - не то.

(no subject)

Были времена, было времечко, были кудри легкие как лен... в далеком 1966 году мы с двоюродным братом, оба юные, стройные, красивые ездили с Юго-Запада на Тверскую ''дразнить гусей''. Одетые в плетеные из чернобыльника жилеты поверх белых водолазок и брюк, категорически босыми ногами попирали асфальт от Белорусской до Охотного Ряда. Гордо поднятые головы, полная отрешенность от окружающего (якобы)...эх, вернуться б туда хоть на чуть-чуточку...Честное слово, в следующий приезд в Москву пройдусь я вдоль по Тверской босичком, тряхну стариной!